Новости о Нобелевской премии по экономике, присужденной на днях американцам Полу Милгрому и Роберту Уилсону за усовершенствование теории аукционов и новые форматы аукционов, в Беларуси прошла незамеченной. И, кажется, зря. Сделанные в белорусской политической борьбе ставки запредельно высоки, а развитие ситуации в последнее время заставляет задуматься о том, что проблема «проклятья победителя» может оказаться весьма актуальной.

Формат аукциона, игры нескольких участников, делающих безотзывные ставки, весьма популярен на Западе. Он подразумевает действие в условиях информационной неопределенности: у каждого участника своя стратегия (вплоть до сговора с другими участниками), свое представление о ценности объекта. И представление это часто прилично расходится с реальностью. Так что самая интересная часть работ новоиспеченных лауреатов — «проклятие победителя» — ситуация, когда формальный победитель торгов переоценил реальную стоимость актива и терпит убытки.

Мастер объяснять сложные вещи красиво и с огоньком, российский экономист Андрей Мовчан про проклятие победителя пишет так: «Это о том простом факте, что биддеры по-разному оценивают ценность, представленную на аукционе — каждый делает свою, вообще говоря, случайную ошибку, кто-то в плюс, кто-то — в минус. При этом выигрывает аукцион, как правило, самый большой бид — то есть кто-то, кто переоценил ценность, представленную на аукционе. Таким образом, если вы создадите клуб победителей аукционов, то, задав его членам вопрос „насколько вы переплатили?“, вы от всех получите некий положительный ответ».

Мовчан обращает внимание и на вторичные психологические факторы (дух конкуренции, страх нереализации принятого решения о покупке — стоимость самоутверждения всегда позитивна, смещение информации о ценности и пр.). «Эти факторы еще увеличивают позитивную разницу между реальной ценностью и уплаченной ставкой», констатирует экономист.

В политике нюанс в том, что реальным победителем может оказаться тот, кто от участия в торгах вообще отказался. Таким победителем год назад мог стать (формально — легко, психологически — очень непросто) Александр Лукашенко, сделав ставку на операцию «преемник». Людям, не знающим Лукашенко лично, этот ход казался весьма вероятным. Казалось, передавай бразды молодым и амбициозным, представив себя в образе опытного и мудрого капитана королевских мушкетеров: «И я таким же дерзким был, когда Париж узнал гасконца де Тревиля!». Не устраивает условная молодежь вроде Александра Турчина или Дмитрия Крутого? Вон опытнейший дипломат Владимир Макей прошел всю карьерную лестницу, и почему бы не подсадить его на самую высокую ступеньку?

Помучив этими вопросами в свое время нескольких высоких чиновников и оценив их реакцию («Ни-ког-да! Ольга, этого не будет ни-ког-да»), пришлось довольствоваться рисованием утопий, в которых на выборах от власти идет фигура, воспринимаемая большинством электората нейтрально-позитивно. Условный Турчин. Ядерный электорат Лукашенко и убеждать не надо, преемник значит преемник. Либералы и сочувствующие, большой и малый бизнес, айтишники рады голосовать за человека, с которым могут говорить на одном языке. Бабарико никуда не баллотируется и покупает новую картину Зарфина в коллекцию. Эдик наконец женится на Саше. Мария Колесникова с целым паспортом фонтанирует культурными проектами. Максима Знака после работы ждут спортивные и поэтические челленджи. Светлана Тихановская гуглит новые рецепты и записывает детей в кружки, а про Илью Салея и Максима Богрецова белорусы узнают только из рубрики «наши за границей». Даже имидж первого президента теряет былую одиозность.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Но оставим фантазии. Выбор сделан, торг продолжается, и ставки растут. Нынешний уровень насилия со стороны власти показывает, что снижать обороты она не намерена и ставка делается на удушение, а вовсе не на диалог. Так что победитель, очевидно, получает все. Кстати, тот же Мовчан напоминает про экзотические формы аукционов: «например, когда занявший второе место биддер должен заплатить свой бид тому, кто занял первое место». Теория игр говорит, что такой аукцион уходит сильно за лимит реальной ценности.

А мораль? Мораль проста. Никогда, даже если очень хочется, не убивайте независимую социологию. Рискуете пропустить тот момент, когда можно красиво выйти из игры, не поднимая в пылу азарта уровень ставок за пределы здравого смысла. И не пытаясь изобразить многомиллионную поддержку, нещадно эксплуатируя автобусный парк для перемещения ядерного электората по стране. Впрочем, если связь скорости перемещения электората и уровня поддержки претендента удастся доказать, нобелевскому комитету к этому открытию стоит присмотреться.
Читать полностью:  https://news.tut.by/economics/704032.html

 

Источник: tut.by
Читать полностью:  https://news.tut.by/economics/704032.html

Наши партнеры:
 
Кафедральный собор Святых Новомучеников г.Мюнхен
 
Радонеж