Извечен антагонизм Моря и Суши, запечатлённый в мифе о поединке их персонифицированных олицетворений -- Левиафана и Бегемота и подтверждённый геополитической конфронтационной практикой морских стран (танассократия) и континентальных (теллурократия).

Островная Британия - государство моря, с точки зрения дихотомии, двоичного противопоставления указанных пространств. Говоря иносказательно, "острый плавник" Океанья дырявит брюхо Землянина с "закрученными рогами". Пасть Бегемота удушающе зажата плавниками Левиафана -- почти так в реальности Евразийский континент блокирован с моря "петлёй Анаконды" (термин Мэхена). Так и Россия пребывает в коматозном состоянии, полудышит. Если кто и отождествляет Ветхозаветного Левиафана с Сатаной, то не англичане: именем этого легендарного чудовища наван её корабль "Great Eastern", крейсерский танк "Комета" модели Mk1..Хотя очевидно подавляющее превосходство сил Океана (победа в "холодной войне", управляемый распад СССР, отсутствие противостоящего Анлантизму центра силы, угрозы и вызовы не дают нации сосредоточиться...), гипотетически допустим любой из вариантов противостояния Континента и Океана: 1) они порешат друг друга 2) Господь пошлёт Михаила и Гавриила прибрать к рукам обоих 3) останется всё как есть: ни войны, ни мира, с детантно-resetными поползновениями. Ведь в некоторых апокрифах (3-я кн. Ездры VI, 15-24; Енох LX, 7-8) сказано, что "Левиафан должен быть подругой Бегемота, и Бог разлучил их, оставив Бегемота на суше, а Левиафана отослав в морскую пучину, чтобы они вместе своим весом не повредили арки, на которых покоится земля". Тесен шарик земной, как двум медведям - одна берлога. Видимо не возражала бы природно агрессивная "Леофановна-амазонка" (мой термин) загнать "дружка" в позицию самоуничтожения. С помощью стратегии сюрпляс (фр.surplace - на месте; термин велогонки) - отсутствие поступательного движения заставляет противника двигаться вперед, а самому занять позицию сзади. Мнимая неподвижность с целью "расстрельно пристроиться в хвост" как побуждение к тактической смертельной ошибке, приглашение к проигрышной уязвимости - стратегия бескровной победы во многоходовом поединке интеллектов (материальные силы в таком случае могут и не потребоваться). "Конец геополитической эпохи" - фикция. «Агрессия на протяжении столетий является единственной формой общения Запада с внешним миром, - пишет англичанин Альфред Тойнби, -... хроники вековой борьбы между двумя ветвями христианства, пожалуй, действительно отражают, что русские оказывались жертвами агрессии, а люди Запада – агрессорами».Левиафан безнаказанно мочит Континент.

Стратегически дивидендна "дислокация" Англии. Ведь уже Аристотель подчеркивал островное преимущество преимущество: "Крит по своему положению предназначен для господствующего влияния на Грецию". При ограниченности сухопутного пространства и метериальных ресурсов (недостаток лесов, топлива - вынужденность ввозить железо из России), сравнительной тогда малочисленности войска (Отто фон Бисмарк сострил: ежели британская армия вторгнется в Германию, он прикажет местной полиции ее арестовать) - Англия становится кораблем, готовым к морской интеграции и централизации. "Жажда в покорении новых земель и преодолении новых вызовов вывела в V веке англов и саксов из лесов Северной Германии на берега Британии, а через века позвала в Америку, Африку, Азию, на острова Тихого океана" - пишет социолог Ф.Гиддингс. "Мы народ, который где бы ни жил, не изменит своим жизненным принципам и, более того, заставит окружающие его народы жить по своим устоям" - утверждает сэр Вальтер Бесант. Англосаксы на поднятых парусах влекомы тягой к неизведанному и полны здоровым авантюризмом. Они - люди действия, энергичны, силовольны, упорны в достижении цели. Окрыленной свободой предпринимательства, выходец с Британских островов за порядок в обществе. И это приносит плоды. За 15 лет, в период 1885-1900 гг., территория Британской империи увеличилась на треть. К началу XX века одна пятая часть планеты управлялась из Лондона,  из монитарной столицы Лондон-сити. Тому помогала взращиваемая идеология национального превосходства. 

Британский менталитет государственно Левиафанен -- викингово-экспансионен. У философа Томаса Гоббса сие легендарное чудище морское ассоциируется с могущественным государством («смертный Бог»), в котором постулируются естественный человек и зоологика борьбы за выживание под лозунгами: "Homos homini lupus est" («Человек человеку волк»), "Bellum omnium contra omnes" ("Война всех против всех"). Под страхом истребления, люди там отказываются от части своих "естественных прав" и вверяют себя воле государства. Не та ли самая реал-политика англосаксонов и ныне в отношении   "изгоеобразных" стран - по схеме "the West and the Rest" (Запад и Остальные)? Чтобы тебя признали "суверенной демократией" - не цепляйся за свои границы, поделись национальными богатствами, "равновыгодно" партнёрь себе в ущерб...Горько, да истино сказано: "Англия, конечно, будет заботиться о сохранении мира, пока малых государств будет достаточно для раздела". В "Тайной истории Европейского союза" Тьерри Мейсана Европа не иначе "как созвездие государств, приглашенных сотрудничать между собой и поместить часть своих промышленных ресурсов под контроль наднациональной инстанции, более или менее очевидно руководимой англоязычной империей". Сбывается мечта министра колоний Дж. Чэмберлена: "наступит время, когда все человечество будет делиться на три класса: на американцев, англичан и иностранцев". "Британцы, - уверен английский историк Э. Робертс,- переселились за Атлантику, чтобы продолжить свое мировое господство, они инкорпорировали свое постимперское величие в современный американский исторический проект" - привнесли свой "островной" менталитет, с "жаждой земли" и страхом недостатка жизненного пространства.

Прирожденное миссионерство "от Бога" ("одаривание счастьем других")  придавало англосаксам цивизизационную особость - мотивацию преимущества в планетарном лидерстве. Однако, как верно заметил эксперт генерал С.Печуров, тезис об "англосаксонской исключительности" идёт от германцев: уже выдвигался элитой вторгшихся в V-VIII веках на территорию нынешней Англии германских племен - ютов, орд англов и саксов в контексте их борьбы с местными кельтскими племенами, находившимися на приблизительно одинаковом уровне развития с агрессорами. Юты быстро растворились среди более многочисленных племен англов и саксов, которых с тех пор, памятуя об их почти полной идентичности, в научных источниках именуют как единую германскую племенную общность - "англосаксы", а иногда и просто как "саксы", либо, на шотландский манер, "сассенахи". В последующем захватчики сами себя стали называть "англичанами" (знатные англы возглавили переселенцев). Их называли "англосаксами" - в геополитическом национально-расовом контексте преимущества на "естественное лидерство". Более высокоразвитые континентальные нормандцы, вторгшиеся в Англию в XI веке, доформировали единую нацию современных англичан. Любопытна историческая ремарка уверования в миф как в истину. Идея Томаса Джефферсона поместить на Большую государственную печать США образов героев англосаксонского эпоса братьев Хенгиста и Хорса, приглашенных вместе с их соплеменниками в V веке вождем одного из кельтских племен (бриттов) в Англию для помощи в защите от других претендентов на местную власть. Увековечивают в законе, хотя эти "герои", прибыв с мощным отрядом сопровождения, перебили элиту кельтского племени и фактически санкционировали насильственную колонизацию. Мало того: усиленная акцентировка на прагерманско-тевтонские корни происхождения даёт англосаксам "естественное право" на свою исключительность. Мол германцы дремучих лесов уже тогда были социально-демократически организованы, чем и обогатили Британские острова, вытеснив "расово отсталых кельтов".  "Расовый дарвинизм" вошел в плоть и кровь британской нации в целом. Ч.Дилке в книге "Более великая Британия" (1868) откровенно писал о том, что "саксы завоюют Африку, Китай, Японию и Латинскую Америку... другие же так называемые великие державы будут низведены до уровня пигмеев".  Эндрю Карнеги полагал, что единственным путем устранения опасности войн является всеобщее англосаксонское доминирование в мире. "Где-то в глубине сердца каждого англосакса скрыт инстинкт грабителя его предка викинга, инстинкт, который за тысячи лет... так и не был утрачен!" - свидетельство писателя Ф.Норриса. Тезис об американо-британском мировом порядке - как панацеи от всех бед - живуч как никогда. Он и пестуется агитпропопом Запада и антирусской "пятой колонной" дружбанов народа.

Британская внешняя политика опирается на Черчеллеву концепцию "трех окружностей": роль Англии в качестве главного партнера США, лидера Содружества наций и главной западноевропейской державы. Англия и США - одного родового древа. Хотя культурно разные, но геополитически единоконгломерантны. Североамериканская нация отпочковалась от королевско-центричной Британии и проросла сквозь аристократические традиции в свою уникальную прагматическую идентичность. Разнятся их ментальные особенности. "Прежде всего - это разные горизонты мышления, где такие понятия, как утонченность и сдержанность "невидимы" для многих американцев, а "жесткий разговор" (наследство ковбоев и гангстеров), "штампы", заидеологизованность или определенный набор преувеличений (с целью упростить и сделать мыслительный образ более четким), в определенной мере хвастовство и плебейское высокомерие лишены того смысла для англичан, который они имеют для американцев" - пишет эксперт Н.Татаренко. Колониалистки закончившаяся, Британия остаётся монитарно-стратегической аналитико-направляющей силой. Сошлемся на политика Линдона Ларуша: "Британская империя не является империей британской нации над другими нациями. Британская империя, расположенная в финансовом центре Лондона, куда она переместилась из предыдущих имперских центров, беспрерывно существует со времен Пелопонесской войны и является частью Европейской цивилизации. Смысл империи заключается в том, что частные банковские интересы 'контролируют мировую финансовую систему, а Лондон не принадлежит британскому народу, а выступает штаб-квартирой этой империи. В этом заключается проблема. Единственной мировой державой, которой под силу справиться с этой проблемой, являются США как другая монетарная империя. Однако, несмотря на попытки, предпринятые Ф. Рузвельтом в данной связи, Британская империя продолжает свое существование и по сей день". "Британский космополитизированный капитал, как викинг, не страшится опасных рискованных предприятий. Он имеет много шансов проиграть, зато выиграв, не довольствуется малым, а желает всю ставку. Ему мало иметь денежный рынок, ему нужен полный контроль над ним (для верности)"- поясняет И.Шкловский рискованно-максималистский "викинговый" характер британского бизнеса. Контроль нал Евразийским островом - ключ к мировому господству.

Могущественные транснациональные олигархические кланы определили "светлое будущее" всего человечества, а академики придали ему для большей убедительности научно-теоретическую базу и форму. Своих геополитических конкурентов англосаксонство не щадит. Заарканить и запартнёрить на смерть советскую экономику была призвана уже прошловековая "трёхсторонняя комиссия для осуществления постепенных попыток слияния экономик США и СССР" (это - зарубить на носу осваивателям "стандартов" НАТО и пр.). Для охмурения народов создается пойло крепче всё растворяющей царской водки: реанимировали германскую "теорию больших хозяйственных целых", вспенили её мыслями Челлена и Хаусхофера (идеей о том, что малые страны экономически нежизнеспособны и что единственный мол выход для “малых народов Европы” - добровольный отказ от "экономического суверенитета") и подчинили наднациональному руководству (мандаты или доктрина Монро). Победно марширует свобода "эффективной демократии" - англосаксонизация отдельно взятой планеты. Управляемый хаос провоцирует в намеченных для утилизации-"демократизации" государствах нестабильность. Постсоветское пространство конфликтно заряжают протестом (нет, конечно, дыма без огня) по "североафриканскому сценарию" (Сорос на Украине). Как предупреждает стратег З.Бжезинский, переделка мира будет жестко-жестокой: «Мы переживаем не обычную революционную эпоху; - пишет он в работе "Америка в технотронной эре" (1968), - мы вступаем в фазу новой метаморфозы в человеческой истории. Мир стоит на пороге трансформации, которая по своим историческим и человеческим последствиям будет более драматичной, чем та, что была вызвана Французской или Большевицкой революциями... В 2000 году признают, что Робеспьер и Ленин были мягкими реформаторами». Как утверждает разведчик-нелегал генерал Юрий Дроздов в книге "Операция 'Президент'. От 'холодной войны' до перезагрузки" всё ужасное для России только начинается: "Мир вступил в фазу наиболее опасного противостояния - цивилизационного. Цена поражения в этом противостоянии - полное исчезновение с лица Земли одной из цивилизаций"...Исчезновение русско-Евразийской супротивной Западу цивилизации (=зареформирование её вместе с армией до погибели) - важнейший трофей - открытые врата к завершению победой миссии 500-летнего доминирования Атлантизма в мировой политике. Всё сходится к тому. По "Концепции конца истории" Фукуямы - торжество либеральной философии вкупе с рыночной экономикой суверенных демократий - идеал, далее которого нет пути развития. А поскольку всему остальному миру еще предстоит долгое историческое движение со всеми вытекающими издержками - им уже сейчас необходимо делегировать права управления собой "постисторическим державам". Да, и не забыть сдать с потрохами свою национальную госбезопасность. Голландский ученый, лауреат Нобелевской премии Ян Тинберген прямо говорил: "Обеспечение безопасности нельзя отдать на усмотрение суверенных национальных государств... Мы должны стремиться к созданию децентрализованного планетарного суверенитета и сети сильных международных институтов, которые будут его осуществлять...". Глобальная структуризация и иерархизация мира при одновременном упразднении суверенитета национальных государств откроет единоцентровому массоно-олигархату свободный доступ ко всем природным ресурсам планеты и тотальнолму человекоуправлению. Это неоцивилизаторство глобалистики иезуитски-внеэтично перемололо в себе рациональное зерно географического детерминизма, социал-дарвинистской теории вечной борьбы всех против всех в международных отношениях, тевтонско-римский культ силы и результаты экспериметальных опытов по управлению сознанием homo sapiens...Наследники Мефистофеля. Следами того и подспорьем тому были труды Н. Спикмена "Американская стратегия в мировой политике" (Spykman N. J., America's strategy in world politics, 1942), "География мирного устройства" ("Geography of the Peace", 1944), Хантингтона "Главные движущие силы цивилизации" (Huntington E., Mainsprings of civilization, 1945)... Это - лаборатория выработки вектора направленности  геополитического планироавания универсальной цивилизации мондалистского порядка в индивидуалистской свободе. Конфигурация англосаксонского доминирования модифицирует и целеопределяет геополитику: традиционная уступает место геоэкономике, которая в свою очередь пропускает впереди себя геофилософию. Геополитической потребой ныне творимой глобализации является "возможность целенаправленно управлять массовым сознанием и поведением людей". Психозомбирование лидеров, эстаблишмента, "толпы" с позиции "естественного отбора" - служения одной цивилизации, как своей всем "прогрессистам" - англосаксонской.

Россия Путински-"совковая" -- враг номер один. Ещё бы: с ним РФ начала приподыматься с колен. А это уже опасный синдром имперского наката - как снежный ком с горы...того и гляди - Запад погребёт. Вот как С.Анерсон аккумулирует отношение англосаксов к России на рубеже XIX-XX веков: "Трудно выразить словами ужасающее впечатление, которое производил на британцев и американцев Русский колосс. Они рассматривали экспансию Российской империи как почти космическое явление, несущее в себе гигантскую стихийную, непреодолимую силу, которая затрагивает всех и каждого, кто становится на ее пути. Будь то государственные деятели или философы, все они сравнивали русскую экспансию с движением ледника, выползшего с Севера и ежегодно увеличивающегося в объеме и набирающего все больший вес".

Но тогда Российская империя, втрое уступая Англии по объёму производства промышленной продукции и имея на вооружении всего 15 паровых судов против 115 у англичан, наступала на пятки экспансирующей Великой Британии. И при этом никто не ставил под вопрос статус России как великой державы (не то что ныне). Как верно сказано: несмотря на то, что проигранная Крымская война и "украденная" (по результатам Берлинского конгресса) победа в русско-турецкой войне  и остановили формально продвижение русских на юг, в "Лондоно-Вашингтонском Обкоме" всерьез опасались, что Россия в один прекрасный день, наплевав на договоры, всей своей мощью устремится в этом "чувствительном" для Европы направлении, как она это сделала на обширных азиатских пространствах. Скособоченным облик россиянина лепится желчью бритто-снобизма и геополитическим неизбывным страхом перед "русским медведем": в западных аналитических разработках "типичный русский мужик" обладает такими чертами, как скрытность, индифферентность, недостаток предприимчивости, суеверность, набожность. "Раса славян, с одной стороны, невежественная, вялая и раболепная, а с другой - характеризуется терпением и мужеством. Славяне имеют склонность к подчинению, приемлют внешнее управление и в то же время обладают большим энтузиазмом и несгибаемой волей". Из-за совокупности этих черт русские крестьяне, будучи мобилизованы, якобы с легкостью подчиняются командирам и превращаются в "нерассуждающий" мощный кулак военной машины страны. Уж если такие солдаты пришли в движение, благодаря своему терпению, стойкости и беспрекословному повиновению, их уже невозможно остановить. Два типа миссианства - расовое англосаксов и соборно-православно-русское - не могли не столкнуться. Русско-японская война была следствием сложной многоходовой игры Лондона, цетробежно-стремительного натиска англосаксонства "руками" Японии - по вытеснению за скобки истории "заклятого расового врага" - России с Западно-проанглосаксоненного геополитического оперативного простора.

Напряженные российско-британские отношения изображались в XIX веке как битва медведя с китом - вариант упомянутой связки. Что в эмблематике философа Карла Шмитта соответственно - Дом и Корабль. Они сами по себе не антагонистичат ("медведь не враждует по своей природе с китом, а кит не объявляет войну медведю"), зато взаимовраждебны их производные -- различные ментально-цивилизационные типы. "Домопроектные" (условно: русо-евразийцы) - устойчиво фиксированы, религиозно фундаметальны, сущностно консервативны, укладно традиционны, героичны и жертвенны, приоритеты общих целей над частными... В отличие от них, "морепродукты" (наследники Океана) - свободолюбивы, демократически предопределены, динамично прогрессирующи..Как сам морской "Hомос" (синтез географических, геополитических и геокультурных факторов) суров, враждебен, отчужден, непостоянен - изменчиво "текучи", гибко динамичны "внедогматичные" установки Океанистов на выгодную целесообразность - атрибуция якобы неконфронтационной грядущей "всеобщей" цивилизации вестернизированного постмодерна. Такая радикальная трансформация невозможна без предварительной мутации христиански этического сознания. На что и нацелена ныне информационно-психологическая война. Без погружения в смысловой исток конфликта цивилизаций - не понять геополитики "конца истории".

Беспредел Западного личностного эгоцентризма вне "химеры совести" -- сущностный неразрешимый конфликт с русской цивилизацией. Достоевский в "Преступлении и наказании" искушает наполеоногордынным прельщением совести Бого-человеческое в Раскольникове. Однако сей "недоучившийся студент" оказывается Божьетворным, а не зимерично наполеонистым. Терпит фиаско проба раздвинуть пределы русского этического сознания прививкой протестантски-ценностного типа "прогресса". Принциаиально разнятся между собой духовные экзистенции англичан и русских. Русь Христа, по «Слову о Законе и Благодати» митрополита Илариона, - воитель против "идольской лести" запретительного Моисеево-Ветхо-Заветного законночества, противопоставленного Ново-Заветной Евангельской благодати. "Не вливают ведь, по слову Господню, вина нового учения благодетельного в мехи ветхие, обветшавшие в иудействе" (с разгромом Хазарского каганата Русь приняла христианство)...Закон дан "на предуготовление истине и Благодати" - на добротворение. В "Русской Правде" - первом своде законов Древней Руси - нет вообще термина "закон", а есть только "правда" и "суд". Антитеза рабского Закона и свободной Благодати идеологически выражается в противостоянии русской Веры и Правды формальному законничеству. Правда ассоциируется с "судом правым" (правосудием), истинным, "правым делом". Ныне, когда псевдохристинством размыты границы между православием и ересью - самое время "испытывать духов: от Бога ли они?": отделить истину от лжи и напомнить о долге “стязания с Латиною” -  о принципиальной разнице между православием и католичеством. Чем православная вера отличается от западных исповеданий? - вопрошает архиепископ Антоний (Храповицкий). И отвечает: “Все заблуждения Запада коренятся в непонимании христианства, как подвига постепенного самоусовершенствования человека”. Не разумеют истины, что христианство есть религия аскетическая,  учение о постепенном исторжении страстей и усвоении добродетелей - возведение личности к совершенству через врачевание греховности. Подвиг сей - через покаяние к спасению. В отличие от православия, католичество, по славянофилу А.С. Хомякову,  изменяет началу свободы во имя единства, а  протестантство - наоборот. Только православие осталось верным духу христианства, являясь гармоничным сочетанием единства и свободы в принципе христианской любви;  католичество же, в силу особых условий своего развития, прониклось рационализмом, отвергнув соборное начало;  протестантство лишь развивает  католический  рационализм, ведущий от единства к свободе. Европа приняла христианство в рационально-юридической форме римского католицизма: строгая правовая кодификация, папоцезаризм, схоластикa. Запад, как утверждает А. Казин,  свёл вечность ко времени, онтологические ценности – к инструментальным, соборность – к индивидуализму. Бесспорным достижением европейской цивилизации стал суверенный индивид как субъект права и культуры, однако утрата таким субъектом субстанционального (классического) духовного содержания привела его к опасным экзистенциальным опытам со свободой, вплоть до союза с Мефистофелем (Фауст). Прав был Ницше: для новой Европы Бог умер. Стратегии Запада сделали ставку на сакрализацию "успешного" человека на земле -“грешном раю”- что есть утопия и нравственный коллапс культуры с позиции русского видения. Динамика западной "кривой" прогрессии возможна только за счет глобального информационно-функционального подчинения всего не-Запада стратегиям “открытого общества”. Что и осуществляет Запад в мировом масштабе. В противоположность этому нормативному экспансионизму, русский ВЕРУЮЩИЙ РАЗУМ представляется истинно вольным во Кресте (а не самоценно властолюбивым эгоцентриком без Креста) - способным согармонированностью с Богом явить заблудшему миру русский альтернативный путь спасения. Потому русская духовная сущность бесит непрошенных "цивилизаторов" славянства. "Русские навлекли на себя враждебное отношение Запада, - пишет историк Арнольд Тойнби, - из-за своей упрямой приверженности чуждой цивилизации, и вплоть до самой большевистской революции 1917 года этой русской «варварской отметиной» была Византийская цивилизация восточно-православного христианства". Лукавит сей маститый британец. Не сам ли Запад в течение полутора тысячелетий был периферией Византии - культурной Мекки мира и духовной матери России? История Запада как духовно-цивилизационной реальности начинается с ХУ века, когда эпоха Ренессанса обозначила собой движение от теоцентризма к антропоцентризму. Отрицание Западом русской духовной экзистенции связано, как утверждает прекрасный культуролог Наталия Нарочницкая, с разным отношением к сути христианства - преодолению искушения хлебом и властью и заповедям Блаженств. Разное понимание человека и Божественного замысла о нем на земле проявило разные толкования свободы - «от чего» (отсутствие ограничений) на Западе, «для чего» (зачем нужна свобода) в России. Эгоцентричность западнических мировоззренческих постулатов, вплоть до избавления от христианской морали, органически чужда православному миросозерцанию со свободой служения христианской добродетели "во имя Отца и Сына и Святаго Духа".  Законничество - "гордыня западной свободы" - не источник добра. На Руси "судят по совести" ("жить по совести" - императив Солженицына), а не по букве закона. Так что не мелочные зацепки типа "а кардинал у католиков носит перстень с фиолетовым аметистом", а серьёзные богословские, эсхатологические, религиозные, философские, метафизические причины развели Восточную и Западную христианские конфессии  и обрекли эти онтологически разностные духовные ипостаси на межсобойный неминуемый цивилизационный конфликт - вечное противоборство. Кстати, в Конституции Европейского Союза даже не упоминается о христианском наследии Европы. Чем не "политкорректное"=совестно-химерное введение в нео-глобализаторскую цивилизацию?

"Изгойная" русскость - бельмо в глазу англофонов. Поэтому Россию любой формации постоянно ввязывают в горяче-холодные войны. геополитически сужают, душат в тисках зачастую искусственно образуемого недружественного окружения, добивают объединённым натиском внешней и внутренней контры - не дают нации возможности созидательно сосредоточиться. Карфаген должен быть разрушен: премьер-министр Англии Ллойд Джордж взывал: «Традиции и жизненные интересы Англии требуют разрушения Российской империи, чтобы обезопасить английское господство в Индии и реализовать английские интересы в Закавказье и Передней Азии». Если Британия по отношению к Индии пусть умно, но колонизаторствовала, то Россия в Азии была больше колонистом: осваивала и развивала принадлежащие ей восточные территории. От Туркестана русская казна получала на 3 млн рублей меньше, чем потратила на него, - по тем временам стоимость крейсера. Так же - своей экономике в ущерб - вкладывалась и в Прибалтике. И понятно почему - кудринцы заупрямили РФию пособлять братской Белой Руси (интриги против Минска - на радость рыжей смердяковщине). Лондону мешали, понятно, и берлинские притязания. "Британская геополитика, - по мнению Л.Ивашлва,- получила развитие именно как ответ нарастающей мощи Германии и ее требованиям о пересмотре колониального мира в свою пользу". Порешив Российскую империю, вырывавшуюся при великом государственнике Петре Столыпине в мировые лидеры, её доканывают то взращенным большевизмом, то либерал-разрушителями цивилизационных устоев - "инородцами" Богровыми, мечено-"перестроечным" Горби-Ель-цинизмом... Видимо, в лихие 1990-е годы Россию повязали тайно-договорными путами-обязаловкой быть пристяжной конягой "цивилизаторов": политобозреватель "Независимой газеты" Фаенко так и пишет, что в США очень многие видные политические деятели и крупные бизнесмены недовольны тем, что Россия не придерживается негласных соглашений, которые были подписаны её руководителями...Тогда на дворе Версальское Беловежье ВОРа -временно оккупационного режима! Россия умывается кровью от "элитных" предателей-троцкистов и иже Каган-беков..РФии отказано в геополитике даже в её собственном подбрюшье. Суммирую суть свежайших экспертных оценок: в последние двадцать лет "рукотворная" внешняя политика России "движется в диапазоне от малого или среднего государства до регионального". Практически по всем её сферам заметно падение при Ельцине-Козыреве, небольшой подъем при Примакове, еще больший - при Путине и падение при Медведеве. В научно-технологической, внешнеэкономической и военной (пока на втором месте) -  снижение. Естественно: при общей негативной тенденции усиливается пропагандистский аппарат, информационно-манипулятивная деятельность государства. Официальные заявления («Россия – великая держава») не соответствуют расстановке внешнеполитических приоритетов. Акцент делается на том, чтобы позиционировать себя выше реальных возможностей, чтобы казаться, а не быть (вместо строительства танков и самолетов - надувают макеты) . Именно поэтому границы внешнеполитической адресации и межгосударственная деятельность (политическая сфера) еще как-то дотягивают до уровня региональной державы, а ресурсы, призванные этот статус поддерживать падают до уровня карликового государства. Таким образом, независимые аналитики опровергают основной тезис внешнеполитической «доктрины» РФ, озвученный в 2006 году: приведение международно-политического влияния в соответствие с экономической мощью. Ведь у России нет ни первого, ни второго.

И всё же, "с нами Бог и Андреевский флаг", а, стало быть, Россию рано списывать со стратегических счетов, вычёркивать из большой политики. Теплится её имперски-мобилизационный шанс возрождения. Как пишет геополитик А.Дугтн, "Новая Империя, которую предстоит создавать русскому народу, имеет свою внутреннюю геополитическую логику, вписанную в естественную структуру географического пространства планеты...В основу геополитической конструкции этой Империи должен быть положен фундаментальный принцип - принцип 'общего врага'. Отрицание атлантизма, отвержение стратегического контроля США и отказ от верховенства экономических, рыночно-либеральных ценностей - вот та общая цивилизационная база, тот общий импульс, что откроют путь прочному политическому и стратегическому союзу, создадут осевой костяк грядущей Империи". И, конечно, прежде всего надлежит вернуть богатства страны тощей казне, народоправие - нации, любой ценой поддерживать стратегический баланс сил (иначе - содержать оккупанта); формировать свои альянсы ("двойки", "тройки", "пятерки"); стать консолидатором для "внеЗапада" - от боснийских сербов до иранцев; расширять брешь между независимостью политики европейских государств и усилиями Атлантизма; предпринимать только продуманные и реально осуществимые геополитические проекты; выработка принципиально-гибкого отношения к зонам острой напряженности (для сохранения российского присутствия); предотвращение транснациональных угроз безопасности РФ; встраивание Европы (Шарль ле Голль - от Атлантики до Урала; Ив Лакост - до Тихого океана; от Бреста до Владивостока - "большая Европа") в общую систему безопасности по-российски; осмысленное равнозначимое деловое партнёрство с США; препятствовать созданию в Афганистане и Средней Азии плацдарма США и НАТО для контроля Китая, Ирана и России; разработать геоконструкцию, не допускающую разлома России по Уралу и отщепления от европейской части РФ Восточной Сибири и Дальнего Востока; не допустить войны США и НАТО против Ирана по созданию Нового Среднего Востока (НСВ) и других унифицированно-"больших пространств"; быть готовым к усилению вызовов в регионе Южного Кавказа и Каспийского моря - коридоре из Европы в Центральную Азию и плацдарме для контроля над Ираном и оказания на него давления (энергоресурсы, терроризм)...(см. мою статью: http://www.regnum.ru/news/1204480.html#ixzz1UT3EQYnV ). И, конкретно, предвыборная детонация может сработать глобально деструктивно, пусть и галлопом стагнирующего status quo.

Перед русской цивилизацией Гамлетова экзистенциональная дилемма существования "To be, or not to be" - быть империей, или вообще "не быть" (утрата государственности, суверенитета, этно-цивилизационной специфики). Как Британия - перед аналогично-историческим выбором: владеть морями - следовательно, не быть рабами. Имперскость как условие консолидации русской нации. Русская церковь ценностно формирует нравственные ориентиры державы, отталкиваясь от корней зла: в примате идеологии либерерал-нетерпимости раскрепощен греховный индивидуум - высвобожден потенциал греха в человеческой личности - что противно русскому Богу и "диаметрально противоположно христианству". Не понять этого и не решить мирно противоречие сие - спровоцировать гражданскую междоусобицу, которая ликвидирует суверенное государство Россия, разорвав ее территорию на вотчинно-лоскутные куски ощетинившихся друг против друга "цветочных" самостийностей. Не к такому ли "самопогибельному" концу и толкал Запад веками Россию?! Генштабисты в фуражках от Юдашкина заранее сдают страну своим панико-пораженческим заявлением: "ядерные силы России к 2015 году будут бессильны".

Поскольку Россия выбита из исторического созидательного контекста, и проходит у "менеджеров истории" как  "исчезающе малая величина", экономика которой "увядает", демографическая база сужается, а "банковский сектор и инфраструктура вряд ли выживут в ближайшие 15 лет" (Дж. Байден в "Wall Street Journal" от 25 июля 2009), - то англосаксам практически мало что мешает контролировать ключевой плацдарм планетарного доминирования - Евразийскую сердцевину земли "мирового острова" для установления нового мирового порядка. Океан подмывает Материк. А вследствие того, что цивилизационные макроконцепции обоих "номосов" априори бескомпромиссны и взаимоисключающи (или-или), врял ли разрешение конфликта Земно-Водных цивилизаций обойдётся без схватки талассократии и теллурократии. Кто кого: моряк-викинг или всадник-монгол? Англосаксы или Евразийцы с русской "сердцевиной"?  Неутешительны прогнозы для вне-Атлантической ориентации Ведь даже если бы и сложился объединенный противовесно-Атлантический центр, адекватной совокупной мощи USA-GB, во главе, скажем, с авангардной "славянской расой" - Россией, вряд ли его потенциал всерьёз угрожал бы главенству Pax Anglo-Saxon.  Да и никак не получается объединиться противникам фатального доминирования США - Англии - "Соединённых Штатов Европы". Океаническим силам удаётся торпедировать любые попытки создания континентального блока. "С XVIII до первой половины XX века этот саботаж исходил от Англии. Со второй половины ХХ века в авангарде альтернативной геополитической силы, атлантизма, встали США" - уверен геополитик А.Дугин. Европейско-российский стратегический альянс, особенно с военной составляющей, - вряд ли осуществим. Не дадут "специальными операциями политического влияния...". Да и разобщена Европа, расконсолидирована, эгоистично обособлена - мало Евро-бюрократии, так Саркози намерен и Средиземноморье смирить ею. Хотя наметившееся расширение ЕС в юго-восточном направлении в стратегическом хартленде Евразии должно бы усилить стратегическую значимость Европы как самостоятельного геоэкономического игрока, однако в прогнозе Национального совета по разведке (НСР) о мировом развитии на 2025 год Евросоюз не фигурируеткак формирующийся центр силы. Видимо потому, что ЕС врял ли удастся конвертировать свой экономический вес в адекватное мировое политвлияние. Чтобы контролировать кондицию отношений Европы с США и тормозить становление европейской независимой геостратегии, американцы ведут постоянный мониторинг ситуации посредством интенсивного диалога с "большой европейской тройкой" - Германией, Великобританией, Францией, оперативно реагируют на изменение фона и подправляют его в нужном направлении. Кроме того: в Евросоюзе оказались государства Восточной Европы, бывшие "подсовки"– Венгрия, Румыния, Болгария, Польша, Чехия -- что ослабило его. Это разделило Европу на придерживающуюся независимости старую "священных камней" и новую - «троянско-коную» Океано-ориентированную.

Концепция Николаса Спайкмена: принцип «интегрированного контроля над территорией», осуществляемого США по всему миру в целях недопущения усиления геополитических конкурентов. Если британские и германские геополитики оправдывали стремление своих стран к господству тезисами о "единстве краевой зоны" или "жизненном пространстве", то их американские коллеги объявляют весь земной шар сферой безопасности США. Политическая картография закрепляет этот экспансионизм: Америка помещается в центре, а по бокам - Тихий и Атлантический океаны. При этом "Западное полушарие" произвольно "растягивается" от Ирана до Шанхая и Нанкина, а сферой американских интересов оказывается и Юго-Восточная Азия ("западная окраина Тихого океана"), и восточное Средиземноморье ("восточная окраина западного мира"). Старый Свет разрывается надвое, открывая Европу от Азии или Дальний Восток от Ближнего Востока.

БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка)? Хотя у этих стран есть некая деколониальная солидарность в оценке НАТОвского безуудержа в Ливии, однако серьёзные разногласия перевешивают эфемерный стратегический взаим. Журнал "Stern" пишет: "Более разными эти страны быть не могли: Китай выступает в роли глобального банка, Россия - в роли заправки, Индия выполняет функцию мирового офиса, Бразилия - поставщика ресурсов, а ЮАР становится воротами к африканскому континенту...Китай и Индия спорят о границах, и градус недоверия между этими странами зашкаливает. Его подогревает и поддержка Китаем врага Дели - Пакистана"...Даже с учетом увеличения доли БРИКС с нынешних 18% мировой экономики Западу это не только не опасно, но и выгодно: обеспечен постоянный импорт для роста. А в антианглосаксонский альянс БРИКСовцам не дадут сойтись ни внутренние интриги, ни внешнее манипулирование. Даже искусственное сдерживание Китаем курса своего юаня - первопричина торгового дисбаланса - пока непреодолимое препятствие к большей интеграции. Пусть разноскоростной и разноуровневой - но всё ж общности. С Китая, тигром изготовившегося к броску в лидерство, веками глаз не сводят. "Пока Китай остается нацией наркоманов,- заявил в 1895 году консул Великобритании в Китае Джефф Херст, - нам не стоит бояться того, что эта страна превратится в серьезную военную державу, так как эта привычка высасывает жизненную силу из китайцев"...Теперь - РФ загибается от наркоты. Во всяком случае более уместно отнести к ней тот вывод бритта... На геополитического конкурента Западу не тянет формирующийся арабский халифат. При всём внушительном росте исламского фундаментализма и уличных боях в Лондлне... - он не противовес Атланто-доминанте.

Если по Маккиндеру планетарное доминирование невозможно без установления тотального контроля за, схематично суммируя, Евразийской Россией, то для стратегии американца Альфреда Мэхэна - без морского господства. На примере Римской империи адмирал наглядно показал, что обладание морем ведет к победе. В этом смысле альбионская "воинственная леди" - что надо: столетиями уверенно правила "морскими конями", что запечатлено даже на полупенсах Карла II -- где она аллегорически изображалась в греческой тоге и шлеме со щитом и трезубцем - символом морского владычества в руках. "Rule, Britannia! Rule the waves" ("Правь, Британия! Правь волнами") -- рефрен песни по поэме Джеймса Томсона (1740) -- гордый гимн бриттов. Господствовать - чтобы не рабствовать - психо-пространственное мировоззрение британцев: "Rule, Britannia! Rule the waves: Britons never shall be slaves" ("Правь, Британия! Правь волнами: Британцы никогда не будут рабами"). «Британские моря» простира­лись широко: от мыса Финистерре в Испании до мыса Статен в Норвегии и мыса Скаген в Дании.. После Второй мировой войны Англия не "второрольна" (как полагал Сталин и многие), а векторно-интеллектуальный "трезубец", имперская мотивация англосаксонства, силовой "рукояткой" которого являются США. Британская геополитика (Фаусетт и Голдич о способах формирования границ), введя понятие сверхдерхавы, с помощью Мэхэна вдохнула мощь "морского волка" своей бывшей Северо-Американской колонии. Историк Уильямсон в работе “Океан в английской истории” отстаивает точку зрения, что Англия имеет законное право претендовать на руководство атлантическими странами, так как связывает их воедино; по отношению к США являясь носителем европейской культуры и географических судеб Европы; по отношению к Европе же - являясь форпостом США -  лидером американо-атлантической культуры. Хорошо сказано: "дополняя друг друга, данный англосаксонский дуумвират, словно портной и подмастерье, перекраивает систему мирохозяйственных связей под верховенство принципа тотальной экономической эффективности к собственной выгоде". Хотя самому З. Бжезинскому Британия кажется  "ушедшей на покой геостратегической фигурой".  

"Коварный Альбион" (Perfidious Albion) - главный геополитический противник Российской империи. Но отбросим ярлыки и кокетство, демогогическую идеологичность. По Збигневу Бжезинскому, геополитика есть теория позиционной игры на "мировой шахматной доске". Как было не "коварствовать" джентльменам, когда разовые союзники Великобритании  преследовали преимущественно собственные цели, заключавшиеся в расширении сфер влияния или территориальных приобретениях? Или когда они переступали грань приемлемого - разве не логично Англии было перейти на другую сторону конфронтрующих и даже организовать новую коалицию против предавшего (или неоправдавшего надежд) союзника - в целях своей безопасности и восстановления баланса сил - условия мирного сосуществования? Что же касается британской "лишённой всяких сантиментов настойчивости и замкнутой на самой себе решимости" - то это деловое достоинство, а не повод для укора. Ведь тонкая политика опирается на искусство возможного в состязании мастеров дипломатико-стратегического маневрирования. И Бисмарк, и Горчаков - "железные канцлеры". "Преимущества Англии, - констатирует геостратег генерал А.Снесарев, - объяснимы ...её опорой на принципы максимальной осведомленности, гибкости и разнообразии приемов геополитической деятельности. Иными словами, преимущества англичан скорее интеллектуальные, чем материальные". Данный вывод Снесарева, сетует геополитик Л.Ивашов в книге "Россия или Московия?", - "ни тогда, ни позднее (да и теперь) по достоинству и в полной мере не оценен. Это тем более досадно, что именно Снесарев ещё капитаном сумел переиграть англичан, всерьез посеять в них сомнение как в безопасности Индии, так и всей Британской империи. Мало того: удалось показать англичанам (они открыто это признавали), что против России и локальную, и мировую войну они фатально проигрывают". Было у кого учиться военной мудрости. Хотя бы взять лорда Болинброка (наставника Вольтера): "Слава нации состоит в том, чтобы соразмерить цели, которых она добивается, с её интересами и её силами, средствами, с целями, а энергию - с ними обеими".

Политика большинства геополитических игроков многовекторно прагматична. Не складывая все яйца в одну корзину ("Don't put all your eggs in one basket"), партнёрят по ситуативным интересам. Англия при Наполеоне - сближается с российскими императорами Павлом и Александром I (Тильзитский мир), а при Гитлере - с Берлином. Или взять пример франко-русского "брачного контракта" не по любви. В 1801 году де-факто сложился первый в истории Европы русско-французский союз. Стремясь поддержать Наполеона, Павел I двинул в Индию 22,5 тыс. донских казаков - чтобы нанести удар по Англии. "Благодарная" Франция же, стремящаяся задействованием России нивелировать влияние Англии и Австро-Венгрии, одновременно пыталась нейтрализовать и Россию, интригуя с Польшей, Швецией и Турцией, выстраивая так называемый "восточный барьер" против России...Не быть всеядным - себе во вред. Ведь и конкуренты не дремали - мимикрировали и интриговали. Геополитик Карл Хаузхофер, порекомендовавший к заключению германо-советский пакт 1939 года, в своих планируемых конгломератах "большого пространства" не оставлял места Британской империи. Вот и подсуетились на опережение англичане с французами - Мюнхенский сговор 1938 года...Недруги России уцепились за пакт Молотова - Риббентропа - чтобы поставить знак равенства между нацистским режимом и советским. Помалкивают Польша, получившая по нему Силезию почти треть своей территории, и Литва - свою столицу Вильно. В действительности же пакт 1939 года является крупнейшим провалом английской стратегии за весь ХХ век. Не потому его демонизируют? Ведь Британия подталкивала Гитлера именно на Восток. Секретные переговоры Дж. Саймона, министра иностранных дел Великобритании, с Гитлером в Берлине в марте 1935 года стали достоянием советской разведки. На вопрос Риббентропа об Австрии Саймон прямо санкционировал аншлюс, заявив: «Правительство Ее Величества не будет беспокоиться об Австрии так же, как, например, о Бельгии, находящейся в самом близком соседстве с Великобританией». Гитлер поблагодарил Британию за ее «великодушную позицию».

"Большая игра" гео-акторов. То Англию озадачат связкой Берлин-Москва-Токио ("Судный день англосаксонского мира наступит тогда, когда Германия, Россия и Япония объединятся» - сказал геополитик Гомер Ли), или Путинсим планом "Великая Европа от Лиссабона до Владивостока", или российско-франко-германской встречей в Довиле, или проектом Жана Тириара "Евросоветская империя от Владивостока до Дублина"...Или подогрев извне сепаратистских тенденций (независимость индусов, арабов, персов...) -- ускорение антиимперского "национально-освободительного движения". И Лондон превентивно ударен и адекватно ответен - вспенивает межэтнические столкновения у других гео-конкурентов: зеленое знамя "Великой Черкесии" - этот флаг (три перекрещенных стрелы под двенадцатью звездами на зеленом поле) был придуман британским резидентом Дэвидом Урквартом в 1836 году для черкесов как символ объединения племен в войне против России. Или ещё: тяга Германии к Англии как союзнику ("Main Kampf": "Мы могли найти в Европе только одного союзника: Англию. Только в союзе с Англией, прикрывающей наш тыл, мы могли бы начать новый великий германский поход...") - не помеха адмиралу Канарису (этот "хитроуиный грек" симпатизировал стратегии Британии) энергично оплетать Британские острова шпионской сетью. Ещё пример: Хаузхофер силится создать континентальный евроазиатский союз - Испании Франко, Италии Муссолини, Франции Виши, Германии, России и Японии против Британской империи...А в "тылу" начинаний деструктивно для англичан орудуют германо-российские стратегические интересы. Пока Герберт - двоюродный брат Геринга (один из руководителей германской индустрии) обсуждает с доверенным лицом Сталина Д. Канделаки (торгпред СССР в Германии) в обход советского посольства вопросы поставок в Германию сырья и намерение Москвы получить у Берлина кредит, сам Геринг подумывает заключить мир с Англией и выступить против СССР. 22 июля 1940 года Черчилль дал поручение Управлению специальных операций "разжечь пожар в Европе" - на восточно-российском азимуте. Германцы же провоцировали вооруженный конфликт между Англией и СССР - в 1940 году подбив итальянцев запустить в оборот (радиостанция "Гималаи") пропагандистскую утку о якобы скором советском наступлении на Афганистан и Индию. И англичане выступали в том же ключе: зная, как в Кабуле обеспокоены перспективами совместных действий СССР и Третьего рейха по реставрации режима Амануллы-хана, Лондон умышленно подогревал эти страхи официального Кабула, передавая ему разведывательную информацию об активизации сторонников Амануллы-хана в Европе. Дезинформация порой срабатывала: истерия по поводу советской угрозы побудила британцев начать эвакуацию из центра северо-западного района Британской Индии города Пешевара части населения и некоторых правительственных учреждений... Но нет дыма без огня: Германии нужно было "прищемить хвост британской лисе": потеснить Англию в Средиземноморье и на Ближнем Востоке - чтобы затем пройти через Балканы, Ближний Восток, Турцию и Иран в Афганистан и, преодолев Гиндукуш, вторгнуться в Индию - для соединения наступающих частей вермахта с передовыми японскими частями на восточных границах Индии. Многовекторная политика - это когда одним махом осуществляется комплекс задач: зондаж стратегических намерений страны, с попутным выжиманием для себя торгово-экономической выгоды и политических дивидендов - аккуратно вдалбливая в сознание противника нужные манипулятору вещи...

Геополитика этически иезуитна - "все средства хороши для достижения цели". Не мир - а маска миролюбия для достижения собственной победы разными стратегиями и тактическими ухищрениями. Прошлую мировую войну "развязала и вела сражения ее величество геополитика, а она мыслит категориями исторических эпох, планетарных пространств, мировых цивилизаций" - прав Л.Ивашов. И СССР повезло: Запад был разобщен, поскольку "базировался на двух противостоящих культурно-цивилизационных матрицах: романо-германской и англо-саксонской. К тому же шла скрытая борьба между США и Англией за лидерство в мировой океанской зоне и острейшая борьба между Германией и Францией в Европе".  Идеальна бескровная война. Ещё Сунь Цзы говорил, что лучше покорить страну, не сражаясь. Для этого нужно побудить противника на неверный щаг как на самоубийство, или пособить перепутать противнику знаковое распознание "свой"-"чужой", внушить желаемое за действительное, сдачу национальных интересов обернуть "концом геополитики" и обоюдной выгодой договор-партнерства...Как декларировали США на встрече в Кремле. Как и США, Германия в своё время тоже "отказывалась" от гегемонии и глобализма - чтобы выровнять фронты геосхваток (про себя) - "практикой Бисмарка"  уравновесить силы между державами по диагонали Рейкьявик - Веллингтон (экспорной стороной выески для мира)...Прообраз "единой Европы", в которой Германия гегемон. Три кита геополитического доктринерства: конкуренция, доминирование, кооперация. Для минимизации соперничества Маккиндер предлагал консолидироваться евроазиатскому приморью - чтобы уравновесить мощь хартленда, России (1904). У евразийцев П.Савицкого и Н.Трубецкого другой контекст кооперации - как соединения взаимодополнительных хозяйственных потенциалов и образов жизни.

"Левиафановцам" удалось схлестнуть неприятелей "в квадрате": англосаксонов и межсобойных - Германию и СССР. Американская бизнес-элита на встрече с президентом Гувером в центре Рассела в 1929 году заявило: "Приближается кризис, попытаться избежать трудного положения, в котором могут оказаться США, можно лишь изменив расстановку сил в мире. Для этого надо оказать помощь России, чтобы она окончательно избавилась от разрухи - последствий гражданской войны, и помочь Германии избавиться от тисков Версальского договора". "Но на это нужны деньги, - возразил Гувер, - несколько миллиардов. Да и для чего нам это нужно, что будет потом?" "А потом надо столкнуть Россию и Германию лбами для того, чтобы воспрянув после кризиса, США оказались только один на один с оставшимся из этих противников"...Так и случилось. В результате войны Англия "направляющим клювом" пришпорилась к геополитической колеснице США - главным партнером формирует и коррелирует общеконгломератную геостратегиею. При этом используя альянсы с другими по интересам. Её устраивает Евро-Франко центризм Николя Саркози - застрельщика бомбометания "по Каддафи", инициативы Парижа по военно-экономической кооперации Европы, по посредничеству в нефтеобеспечении евронужд (желательно без России). Поскольку Николя Саркози улалось убедить Евросоюз в правильности создания Средиземноморского союза, скептики-конспиратологи решили, что Саркози начал успешное воплощение плана США по развалу ЕС, частью которого было и признание Косово...Впрочем, в глазах англосаксов Франция - хотя и наиболее сильный и энергичный представитель "латинской расы", но "неумолимо сползает вниз по пятам Испании". Полагаю: у Франции - своя игра. Что не исключает попыток мировых игроков в сдучае образования этого альянса использовать по полной программе наднациональный политический орган - Совет Средиземноморья (наподобие Совета Европы) и Средиземноморский инвестиционный банк (аналог Европейского инвестиционного банка). С позиции организации больших единоуправляемых пространств, европейцам опасно для единства наций континента (27 стран окунутся в неизвестное: Меркель уговорила Саркози открыть союз для всех), но профитно для прагматически-материальных выгод присоединить к себе тем или иным способом страны, которые лежат на другом берегу Средиземного моря, тем самым превратив его во внутреннее европейское море, вокруг которого будут находиться союзники Европы.

На иходе WWII состоялась флагманизация монетарно-делового общеанглоамериканского дела - "раздел продукции" на интеллектуальные услуги и военный кулак. Как Ллойд Джорджу в 1918 году в Версале, Черчиллю удалось сохранить британскую геополитику в Ялтинско-Потсдамском миропорядке имени Рузвельта-Сталина . В статье "Функциональные роли Великобритании и США в процессах глобализации" экономист А.Кузнецов доказывает ключевую роль Великобритании в эволюции англосаксонской модели капитализма и раскрывает факторы, указывающие на зависимое положение США в сфере управления глобальными процессами на современном этапе. Обосновывается тезис, что глобализация - это не создание равноправных условий для сосуществования различных цивилизаций, а подчинение всех существующих цивилизаций англосаксонской. Формально неимперская Англия не отказалась от идеи цивилизаторского миссионерства, а только медленно и незаметно для всего остального мира поменялась с США функциональными ролями, осуществив тем самым "перезагрузку" стратегии англосаксонской экспансии. Черчилль - проамериканизатор Европы, поборник создания «Соединенных Штатов Европы». Лондон и Вашингтон намеревались создать общее англо-американское гражданство, скрепив, таким образом, великую империю англосаксов. Динамика политических реалий сместила центр истории от "срединной земли" к "срединному океану", омывающему брега стран Антантики. США, "воздействуя на европейский баланс не прямо, а через Россию, собираются построить Панамский канал для того, чтобы соединить свои Миссисипи и атлантические ресурсы с Тихим океаном. С этой точки зрения реальный раздел между востоком и западом будет найден на Атлантическом океане". Геополитик Николас Спайкмен в работе "Американская стратегия в мировой политике" (1942) провозглашает "Атлантическое сообщество" центром американо-центричного мира. США -- простирающиеся от Атлантического до Тихого океана и контролирующие Европу и Азию -- образуют Атлантический пояс безопасности, нервным центром которого является Нью-Йорк и побережье. Если Великобритания "американский авианосец", то додеголлевская Франция была "аэродромом подскока" - на подхвате на случай, если Европа вконец самостийно остроптивит... Побежденную Германию хотели было наказать по полной - "планом Моргентау" - расчленением, превращением в аграрную деградирующую страну. Однако потребность в кордоне против "железного занавеса" послужила решению заменить Моргентау на Маршала - план  преврашения Германии (как никак - "тевтонские кузены" англосаксов!) в мощного военного союзника. Но для подстраховки, как сказано в мемуарах бывшего начальника военной контрразведки Бундесвера генерала Камоса "Секретные игры тайных служб" сказано, что Германию в 1949 году США связали по рукам и ногам соглашением "Канцлер-акт", по которому каждый новый канцлер должен сразу после выборов приехать в США и подписаться под этим секретным обязательством, срок действия которого - 2099 год. Останется ли к этому времени немец германцем?  И евро-постсоветское пространство "ухожено": на нём сателлитят и лимитрофят младо-демократии а-ля"заокеанье". 

Ахиллесова пята конструкции проступающей новой цивилизации -- грабли советской  "мировой революции". Поскольку главная цель внешней политики США -- глобальная демократизация по американскому образцу. Политика инспирирования "мировой демократической революции" пагубна прежде всего для  самих Штатов. Это чувствует американский президент Барак Обама, заявивший 23 сентября 2009 года на сессии Генеральной Ассамблеи ООН: "Ни одной стране демократия не может быть навязана извне. Каждое общество должно искать свой путь, и ни один не совершенен. Каждая страна пойдёт по пути, который зиждется на культуре её народа и традициях прошлого. И я признаю, что Америка слишком часто была небеспристрастна в стремлении навязать демократию".  Под председательством В. Суркова и старшего директора по России Совета национальной безопасности США М. Макфола впервые в истории российско-американских отношений есть орган, в рамках которого стороны смогут обсудить свои идеологические разногласия. Хотя кому-то и не нравится то, что эта рабочая группа является "диалогом равных" - вместо того, чтобы стать судилищем над "медленно реформирующейся" Россией.  В духе оптимистичной концовки рассеивается и призрак зловредной "англичанки".  Сергей Лавров и его коллега Уильям Хейг для разморозки дипотношений между двумя странами срочно изобретают микроволновку. Но не сон ли то в летнюю ночь? XIX-вековой "Kaiser dreams" (гео-грёзы о России как о снежной пустыне "на мшистых топких берегах") пророчески пробудил таки Россию в державно-атрибутную Империю, с безвраждебностью к миру, но не к войне против неё. Это не фиговый гламур постиконфронтационного мира, а единственная реальность сохранить планету для жизни - путём добровольного отказа от насильственного экспорта счастья - будь то пожаром коммунистической революции, али "маршем свободы" либерал-экстремизма = БОЛЬШЕВИЗМА АНТИКОММУНИЗМА.

 

президент Международного Института стратегтческих оценок и управления конфликтами (МИСОУК), Франция

Париж, 12 августа 2011